300 СЕКУНД

300 СЕКУНД

Иван Родионыч проснулся пораньше обычного, умылся, выпил чаю с маковой булочкой, отправился на работу, а вечером погиб. Ушел на тот свет из-за своей же глупой предусмотрительности и никак не иначе. Вбил себе в голову, раб Божий Иван, что пора свое канцелярское существование как-то менять. Надоело, видите ли, ему, к пятидесяти трем годам, вставать утром в одно и тоже время, чапать до остановки в разваливающихся туфлях, трястись в автобусе до места работы, а потом целый день сидеть и наблюдать через мутное окошко, как людишки, мелкие и побольше, звонят в разные концы страны, а некоторые и мира. Плюнуть на все это не позволяли подкрадывающаяся старость и высокие цены в ближайшем гипермаркете, одышка и ревматизм. Ну, правда, не юнец же все-таки, чтоб кардинально в понедельник, вот так вскочить и поменять все. Надо аккуратно, ювелирно, если позволите. Придумал Иван Родионыч штуку простую и удобную: расписание свое сдвинуть на пять минут. И непременно с утра. Проснуться не в 7:00, а в 6:55. На остановку придти не в 7:30, а 7:25. Интервал, конечно же, малый, но на большее Иван Родионыч не решился, так как с роду рос реалистом и человеком осторожным. Вышел из дому в 7:15, присмотрелся и принюхался. И правду, воздух как-то по – другому пахнет, да и во дворе тихо. Все потому, что в 7:20, приходил дворник Семен и вывозил контейнер с мусором, а из подъезда выбегал сосед, садился и заводил свой автомобиль. Но сейчас же - благодать! Иван Родионыч улыбнулся сему факту, похвалил себя в уме за находчивость такую и двинулся к остановке. Когда дошел до угла дома, оглянулся. Видит, тетка из-за другого угла показалась, а еще вчера, они практически шли вровень по одной дорожке. Крякнул довольно Иван Родионыч, хотел язык бабе показать, да не решился, зашагал дальше. В 7:28 спокойно вошел в троллейбус, сел на свободное место и поехал по маршруту от улицы Восстаний до Лубянского проспекта. С ветерком поехал и в свободном транспорте. Но если б подождал, как давеча еще минут пять, трясся сейчас бы в переполненном автобусе от площади Революции до переулка Троцкого, с пересадкой на улице Зиновьевской, а потом делал еще большущий крюк вокруг «сталинских» домов, где за ними расположился переговорный пункт №13. С утра народу бывает много. Кому мамке позвонить, чтоб денег прислала, второму сообщить, что дочь родилась, третьей же просто поболтать. Все спешат и суетятся, а Иван Родионыч, знай себе, сидит за окошечком, монетки выдает. Но сегодня же не просто так, а с ухмылкой ехидной на старческом лице. Принимая заказ на Астрахань, подумал: «Вот если б ты, девчушка, пришла на пять минут пораньше, глядишь, не стояла в очереди, а сразу бы в кабинку. И ты б, мужчина, тоже так свободно звонил своей жене, но нет, теперь – то стой и нюхай эту бабку». - Папаша, до Моршанска, три минуты, - сказал чей-то голос и положил купюру мятую. - Так лучше, пять, - ответил весело Иван Родионыч, но денег взял таки за три и отправил человека в пятую кабину. «Хорошее число, пятерка!» - подумал Родионыч. «Вот если бы все взяли, да и на пять минут пораньше… Эх!». Но тут испарина на лбу возникла, и брови напряглись. «Так – так. Но если бы все на пять минут, то было б также, как всегда! Пожалуй, я один так буду жить, никто и не узнает». Почувствовал Иван Родионыч вдруг силу в мышцах и триумф в душе своей. Закрыл глаза и видел, как он один стоит над миром всем, а там внизу, да под ногами, народ людской на привязи бредет и цепь-то тянется от золотых часов огромных. А он стоит и циферблату, показывает фигу, даже две. Смеется так, лукаво в небо, и корчит рожи, как больной. Ровно в полдень был перерыв, но на обед Иван Родионыч отправился без пяти минут двенадцать. Вопреки возмущению граждан закрыл окошко и ушел. Сердитые слова, летевшие в спину, казались Родионычу, сладким пением, ведь вчера не замечали даже. Так день прошел, настал и вечер. В хорошем настроении отправился герой домой. «Вот это да, - все думал он, - как просто все: не надо бегать, тратить нервы. Вот, просто взял и перевел часы, вдруг город, жизнь вся изменилась, ба-бац, все стало хорошо». Стоит на перекрестке Родионыч, на светофоре красный свет горит. «Угу. А если б я пришел попозже, то на зеленый бы попал. Дождаться что ли? Тогда, я передвинусь обратно в свой типичный ритм и все под хвост коту мои старанья!». Проблема тут возникла, и Чернышевский вспомнился: «Что делать?». А медлить – то нельзя, ведь стрелки не стоят на месте, на месте не стоял и Родионыч. Шагнул, а зря… Потом ГАИ приехала, медпомощь, опоздав минуть на пять.

Дата: 19 мая 2010