ГОЛОС
Наши спонсоры:
Водо эмульсионная краска водоэмульсионная фасадная краска.

ГОЛОС

Сегодня Вера отстояла Воскресную утреннюю службу легко и безмятежно. Успела перемолвиться несколькими словами со своим духовным наставником отцом Борисом.
И, получив благословение, радостная и просветленная, вышла из храма, повернулась к дверям, перекрестилась напоследок и поклонилась в пояс.
День удался! Ярко светило июльское солнце! Золотые купола сверкали и купались в его ласковых лучах. Тишь да благодать! Хотя, совсем рядом, за монастырской стеной кипела и бурлила шумная Московская жизнь в повседневной городской суете.
Как обычно, Вера не спешила так скоро покинуть этот Святой уголок в самом центре столичного мегаполиса, единственное надежное убежище и пристанище своей измученной души. Она всегда с наслаждением растягивала эти редкие, благостные мгновенья, выпадавшие ей по выходным, словно наполняя всю себя про запас свежей духовной пищей. Здесь всё воспринималось и виделось как-то иначе, более трезво и размеренно, да и насущные проблемы и тревоги отдалялись на задний план. «Храм моей души!» - так ласково величала Вера это место, запрятанное на Петровке от вечно спешащих и невнимательных горожан.
Отрешенная от всего мира, Вера вдруг вся напряглась и растерялась в недоумении: какой-то невнятный звук заставил её внимательно прислушаться, прервав ход её неспешных размышлений.
Так и есть, не показалось! Из маленькой часовни доносилось негромкое пение, которое настойчиво манило посетить её.
Бесшумно, почти крадучись, Вера заглянула в приоткрытую дверь. В часовне царил полумрак, из прихожан никого, и только свечи потрескивали, чуть слышно переговариваясь между собой, и отбрасывали мерцающий свет на лики Святых.
Пусто и уютно. Пахло лампадным маслом и умиротворенностью. Казалось, что здесь даже молитва не нужна, здесь просто слышат, видят твою душу насквозь и принимают её, со всеми изъянами и болью.
Откуда-то из глубины доносилось звучание красивого сольного пения.
«Как мне здесь уютно и душевно! Не страшно и никуда не надо спешить! Совсем, как в далеком детстве» – посетила скоротечная мысль безмятежную Веру.
Внезапно, всё оборвалось и смолкло, наступила полная тишина.
И Вера слегка вздрогнула от неожиданности, когда увидела прямо перед собой женщину, неопределенного возраста, которая с нескрываемым любопытством и мягкой улыбкой тихо рассматривала её.
В ней было что-то «не от мира сего», какое-то доброе внутреннее свечение и простота.
«Блаженная!» – подумала Вера и смущенно поприветствовала женщину.
Женщина, молча, улыбнулась, указав Вере на скамейку, на которую та послушно присела. После этого Блаженная перекрестилась и снова запела, глядя прямо в глаза.
Господи! Как красиво она пела! Песня?! Не песня… Молитва?! Не молитва…
Завораживающая мелодия, похожая на печальную балладу, трепетно заполняла всё пространство затерянными, затертыми сокровищами человеческой памяти и жизни.
Голос и звук! Вот, что приводило Веру в истинное изумление и замешательство. Необыкновенная акустика часовни и чистота звучания, как будто глубоко проникали внутрь её, в самое сердце, заставляя его учащенно биться и трепетать. Замерев на месте, Вера стала жадно вгрызаться слухом в каждое движение слов и фраз, обволакивающих её. Каждым нервом, каждой клеточкой, она испытывала странные вибрации. Чувствовала, как пробегают ледяные мурашки по всему телу, не от страха и мороза, как обычно принято, а от удовольствия и упоения.
Никогда и ничего подобного Вера не слышала ранее. Голос женщины, как хрустальный родник лился изнутри, смывая с души все печали и напасти, вселяя сильную веру и надежду. Вслушиваясь в слова, она поняла, что эта чудная песня обращена именно к ней одной, именно про неё и услышать её повторно по заказу не получится. Чистая импровизация, от души, незаученная заранее, спонтанная, она родилась именно в тот миг, когда Вера переступила порог этой часовни…
Пропев подлинную историю жизни Веры, женщина случайно затронула тайные струны её души, сдвинув тяжелую глыбу прошлых воспоминаний, которые так долго и жестоко душили, мучили и не отпускали
из своих объятий всё Верино существо, не давая право на счастливую жизнь.
Одно за другим они стали прорываться наружу, заставляя содрогаться тело, сжиматься от боли и горечи раненное сердце. Уродливо кривляясь, корчили страшные гримасы напоследок, а потом утекали в забвенье вместе с потоками слез, которых Вера сейчас совсем не стыдилась. Было грустно и радостно одновременно.
Ещё, не покидало ощущение, что этим голосом, чистым, как родник, с ней говорит сам Бог! Сама любовь! И обнаженная, оголенная Верина душа добросовестно внимала каждому его слову, находя в них
опору на надежду и ощущая в подмогу два легких крыла за спиной…

Дата: 30 марта 2010