МОСКОВСКИЕ КАНИКУЛЫ ЧАСТЬ I

МОСКОВСКИЕ КАНИКУЛЫ - ЧАСТЬ I

У человека всегда две претензии: либо не то, либо мало.

Я стояла в фое гостиницы «Измаивалово» и с беспокойством оглядывалась. Где то тут меня должен был ждать мой «суженный». Не могу сказать, что от предстоящей встречи у меня учащенно билось сердце, скорее нехорошо посасывало где то в районе желудка.... Было утро и в фое, как всегда в этот, час было много народу. Люди приезжали, люди уезжали, жизнь кипела... Мое внимание привлек молодой человек, стоящий у стойки администратора, высокий плечистый, кореглазый, им было сложно не залюбоваться. Увидев, что я на него уставилась, парень приветливо улыбнулся. Я улыбнулась в ответ, но тут же отвернулась. «Спокойно, Марина», - сказала я сама себе. «Ты сюда пришла не за этим красавцем, ты сюда пришла встретиться со своею «судьбой»!
Было черезвычайно неразумно начать флиртовать с незнакомым мужчиной на глазах у «будущего мужа», которого правда до сего момента я видела только на фотографии. Но где же Хорст?

Идея о том, что мое счастье ждет меня за границей принадлежала маме. Эту идею она начала активно нассаждать в мой воспаленный семейными перепитиями мозг, в то время, когда в моих первых семейных отношениях еще не была поставлена окончательная точка, но все, не только основные действующие лица трагикомедии, под названием «Студенческий брак», но и окружающие понимали, что больной еле дышит и пора посылать за священником.
- Маменька, что за нездоровое желание снова сбыть меня с рук?
Отшучивалась я на неоднократные предложения мамы зарегистрироваться в международном агенстве, занимающемся поиском «вторых половин» в глобальном масштабе. Снова замуж мне в тот момент хотелось меньше, чем куда-либо еще. Но мама не сдавалась. Ею двигало беспокойство за судьбу ее едиственного любимого чада, а где-то в подсознании, видимо, еще и вина за то, что она не сумела меня отговорить от моего недавнего, как выяснилось, не самого удачного решения выйти замуж. Поскольку энергии у мамули было не занимать, то вскоре мои фотографии в сопровождении длинного списка моих достоинств, о половине из которых я даже не догадывалась, разлетелись сразу в несколько агенств, специализирующихся на поиске иностранных принцев.
Месяца через два на наш адрес стали приходить письма. Дело происходило в середине 90-х: каменный век - доинтернетовская эпоха. Поэтому процесс узнавания претендентов на мою руку и сердце шел долго, я бы даже сказала, мучительно долго, с учетом работы наших почтовых служб. Радовало одно, я в этом процессе практически не участвовала, перепеску с женихами вела мама, она наконец смогла на практике применить свои профессиональные знания английского языка, полученные в конце 60-х в педогогическом вузе г. Калинина, ныне Твери.
Письма сортировались, по одному маме известному признаку. Среди них было отобранно несколько наиболее перспективных кандидатов, с ними то мама и вела эпистолярные беседы на предмет серьезности намерений и глубине чувств к ее красавице дочери. Понятно, что переписка велась ею от моего имени.
В результате почти годового общения (за это время я успела развестить, почувствать вкус свободы и понять, что пока не созрела для крепких семейных уз) мама наконец определилась. По ее мнению, на роль моего следующего мужа больше других подходил 32-х летний гражданин Германии приятной наружности, без вредных привычек, который ранее никогда не сосотоял в браке, но почему то сразу решил искать себе спутницу жизни на просторах Российской федерации. Звали его Хорст.
Я в шутку упрекнула маму в необъективности. Хорст вступил в борьбу за мое сердце, имея на руках серьезный карт бланш. Дело в том, что в детстве мама прожила несколько лет в гарнизоне советских войск, расквартированных в дружественной тогда Советскому Союзу ГДР и сохранила самые светлые воспоминания об этом периоде ее жизни. Поэтому Хорст как представитель братского немецкого народа изначально имел преимущество над двумя французами, одним итальянцем и тремя американцами, которые изначально тоже соседствовали с ним в списке женихов с наиболее высоким рейтингом.
Признаюсь честно, сначала я вопринимала мамину деятельность как шутку, но постепенно стала понимать, что она увлеклась ею настолько, что доведет начатое до конца, по крайней мере от встречи с Хорстом мне отвертеться точно не удастся... Хорст с мамой (о чем он впрочем не догадывался) решили, что в первый раз лучше встретиться на нейтральной территории. Местом встречи была избрана Москва, а конкретно гостиница Измайлово, куда мы и прилетели в назначенный день. Я из Владивостока, он из Гамбурга.

- Марина?
А вот и «суженый». Он все-таки первым отыскал меня в толпе.
Мы обменялись приличествующими моменту любезностями. И стали обсуждать, как нам провести наш первый день в Москве.
Какое впечатление произвел на меня Хорст? Да наверно такое же как и его фотография. Передо мной стоял нормальный парень, с приятной улыбкой и не глупыми глазами. Больше мне добавить было нечего, сердце не дрогнуло и не затрепетало, как принято писать в любовных романах. Истины ради надо добавить, что его глаза тоже не обожгли меня пламенем любовной страсти. Со стороны наверное выглядело, как будто встретились двое давних коллег по работе.
В процессе разговора выснилось, что сегодня вечером в столицу нашей Родины - город-герой Москву должен приехать друг Хорста – некий Клаус. Это известие стало для меня полным сюрпризом. В первоначальном протоколе нашей встречи «знакомство с друзьями» не значилось. Но поскольку у меня тоже был припасен для Хорста один «маленький» сюрпризик, то в ответ на это сообщение, я только мило улыбнулась и спросила, когда нам ожидать прибытие Клауса на российскую землю. По словам «жениха» Клаус должен был прибыть вечером. Я подарила прощальную улыбку кареглазому красавцу и мы с Хорстом отправились знакомиться с Москвой, а за одно и с друг другом.

Вернулись мы поздно вечером, замерзшие и усталые. Я думаю многие жители нашей необъятной переферии под названием Россия знают, что Москва далеко не всегда радушна к своим гостям. Я не раз безуспешно пыталась разобраться в сути этого явления, но в конце концов решила воспринимала его как данность. Теперь, каждый раз сходя с трапа самолета в московском аэропорту, я внутренне готовлюсь, что наша рафенированная столица преподнесет мне очередной урок хорошего тона.
Возвращаясь в гостиницу, мы с Хорстом пришли к единому мнению, что цены в столице неоправданно высокие, сервис ненавязчивый, а вежливость по отношению к клиентам, феномен не знакомый местным жителям. Правда мнение о Москве, было пока единственным, что нас объединяло.
Всю нашу прогулку я тщетно пыталась определить по какому такому признаку, Хорст был выделен мамой из общего числа претендентов. На первый взгляд между нами было очень мало чего общего, кроме пожалуй одного – он как и я умел слушать. Конечно, саму по себе способность слышать человек получает с рождения, но пользуются ей, как показывает практика, далеко не все. За свою, пока еще не слишком долгую жизнь, мне часто приходилось встречать людей, которые могли часами самозобвенно рассказывать о себе, не проявляя при этом ни толики интереса к своему собеседнику. Хорст слушать умел.
Во время нашей первой прогулки по Москве мы разговаривали на самые разные темы: прислушаваясь к друг другу и к собственным ощущениям. В результате я пришла к мнению, что Хорст, в отличие от меня экстроверт, любит проводить время вне дома, рационально относится к жизни и не позволяет себе увлекаться пустыми мечтаниями. Самое ужасное было то, что в нем похоже практичеки полностью отсутствовало чувство юмора, которое я очень ценю в людях. Он не только не умел шутить сам, но и туго воспринимал мой «искрометный юмор». В голове мелькнула мысль - может при выборе мне спутника жизни мама руководствовалась принципом, что противоположности притягивают друг друга? Пока верность этой истины выглядела сомнительной.
Когда мы вернулись в гостиницу в фое нас ждал Клаус. К тому времени я уже выяснила у Хорста, что Клаус, как и он, приехал в Москву для встречи со своей судьбой. Но в отличие от Хорста, который намеривался провести всю неделю со мной, у Клауса намечалась более разнообразная программа. Он приехал с целой пачкой телефонов и адресов московских красавиц и тведым решением найти среди них свою единственную.
Клаус оказался прятным, немного стеснительным молодым человеком. Мы обменялись приветствиями, после чего мои немецкие друзья остались в баре обсуждать стратегию Клауса в выборе невесты, а я отправилась спать.

Утром следующего дня Хорсту пришлось по достоинству оценить мой сюрприз, на завтрак в ресторан, находящийся на первом этаже гостиницы, я спустилась с мамой. Нужно было видеть выражение лица моего немецкого друга. Эпитета «растерянное» здесь будет не достаточно. Бедный парень видимо решил, что я привезла с собой маму, чтобы та благословила нас на долгую и счастливую жизнь. В действительности ситуация была более прозаической. Незадолго до нашей встречи с Хорстом, я неудачно сьездила в Лондон, после чего на некоторое время потеряла интерес к самостоятельным поездкам. Кроме того, маме было очень любопытно посмотреть на «своего избранника». Но Хорст об этом не знал.
За столом повисла напряженная тишина. Мама почувствовала это и под благовидным предлогом ретировалась. Ее уход несколько разрядил обстановку. Мы стали обсуждать планы Клауса. Он уже назначил свидание первой претендентке, и Хорст давал ему последние напутствия, советуя, как лучше держаться вовремя встречи. В его словах просвечивался не малый опыт.
Первое свидание Клауса прошло стремительно. Мы с Хорстом засекли. Ровно тридцать минут. Девушку звали Елена. Она оказалась привлекательной, но разведенной и с малолетним ребенком.
- Зачем тебе чужие дети? - отрезал Хорст.
У Клауса в глазах читалось сомнение, но Хорст был не преклонен:
- Ребенок будет всегда тебе напоминать, что до тебя она была счастлива с другим мужчиной.
- Почему обязательно счастлива? Может наоборот несчастна?

Продолжение следует...

Дата: 27 марта 2010