ЗАБАСТОВКА НА ДОРОГЕ. ЧАСТЬ 1я
Наши спонсоры:
Химчистка ковров в астане профессиональная чистка ковров.

ЗАБАСТОВКА НА ДОРОГЕ. ЧАСТЬ 1-я

Мы знали друг друга 3 тысячи лет. Точнее 7. Он приезжал ночью, раза три в год. И мы шли в Измайловский парк. Нет, не для секса. А может, и для него, но когда-нибудь потом…
В другой жизни. Он как-то сказал, что гуляет здесь только со мной. Пфффф. Не кольнуло… Я стала железная за эти три тысячи лет.
- Парк изменился, - сказал он.
- Мы тоже.
- Да, но он в лучшую сторону.
Молчу. Научилась.
- Вова, ты не собираешься в Нальчик?
- Может быть… В октябре.
- Возьми меня с собой. Ты даже не заметишь, что я рядом.
- Зачем ты мне нужна, если я не буду тебя замечать.
- Тогда все остальное время зачем?
- Не начинай. Вино будешь?
Он достал бутылку и бокал. Подсвеченное озеро напомнило морской залив. Я в южном сарафане. Еще не сошел болгарский загар. Красиво. Вдохновенно даже. И вино чудесное.
- Я влюбилась в кабардинца. Хочу в Нальчик. Одна боюсь.
- Ой, не надо про этих своих рассказывать. – Сказал, а сам в глаза заглядывает и мягко так: Пожалуйста, не надо. Хорошо?
- Больше не буду.
Вижу, раздражается. Выдерживаю паузу. Теперь умею.
- Ты работать вообще собираешься?
- А что я все лето делала в Болгарии?
- Дурака валяла и с вожатыми забавлялась.
- Это несправедливо. Я между прочим, чуть не сдохла все лето придумывать, как развлекать детишек МВДшников, когда их 450 вместо 150 приехало.
- Да, конечно. Рассказывай.
- Вов, я их начальник теперь. Мне, правда, досталось по-полной.
- Слушай, Лаврентьева, а когда мы поженимся, ты тоже в лагеря будешь ездить?
- Естественно.
- Тогда мы никогда не поженимся.
Тайм-аут. И опять счет не в мою пользу. Вроде знаю его тысячу лет. Всего. Насквозь. И опять проигрываю. Раз за разом.
Зато он воодушевляется:
- Красиво здесь. Наконец-то ваш парк в порядок привели.
- И ваш тоже.
Задумался.
- Он только наш, правда?
- Правда.
За это сумасшедшее лето с болгарами и мвдшниками я перестала бояться. Я могла сделать все! Научилась молчать, когда разрывало от слов! Могла сказать что угодно, когда думали, не посмею.
Я вспомнила про кабардинца. Как ревела на перроне. Целовала его на глазах у всего поезда. И вот сейчас все стихло. Сижу у озера, пью вино, болтаю ногами. И так мне захотелось, чтобы он оказался рядом.
Поэтому я спросила:
- Сколько нам еще слов полагается?
- Ты про что?
- Ну сколько слов еще полагается, прежде чем ты меня поцелуешь?
- Поцелую, когда сам захочу. Самец здесь я, а не ты.
- И?
- Теперь уже не хочу.
- Да брось. Тебе ничего не стоит.
- Пойдем. Мне утром на работу.
Я встала и закрыла глаза. Он обнял меня и поцеловал в лоб.
- Так достаточно?
- Достаточно.
Я чувствовала себя самой счастливой. Когда он вот так меня обнимал, все сложное становилось простым и понятным. Но так не могло быть вечно. Поэтому тихая радость мешалась с грустью. И уже было непонятно, чего больше.
Мы возвращались той же улицей, что и 7 лет назад. Так было длиннее. Дошли до перекрестка 5 дорог. Нигде в мире не видела столь идиотской развилки. Раньше я так ходила в школу. Преодолевать ее каждый было испытанием.
Бестолковая регулировка. Броуновское движение. Но это днем. А сейчас все светофоры подмигивали желтым. И никого. Город спит.
Мы дошли до середины, и я заявила:
- Не сдвинусь отсюда, пока мы не поставим точку.
- Нет.
- Тогда поцелуй меня.
- Не буду.
- Что же нам делать?
- Домой идти.
- Каждый в свой?
- Да.
- Тогда давай поставим точку.
Я отвернулась и села на асфальт. Я знала, он не может уйти. У него мои ключи и мобильный. Он, как минимум, вернется, чтобы их отдать.

to be continued

Дата: 20 февраля 2010